Александра Гейл - Дневник любовницы мафии [СИ]

— Итак? — спросил Артур.

— Итак, — дерзко улыбнулся он.

— Фоторамка.

— Какая фоторамка? — поинтересовалась я, увлекая его на диван. — Что такое фоторамка? В чем смысл существования фоторамки? Почему фоторамка приняла форму фоторамки? И прочие философские вопросы из разряда убей лучшие годы своей жизни.

Артур расхохотался и навис надо мной, сладко целуя в шею. Я привычно скользнула руками по его спине, однако, в голове мелькали совершенно чуждые непонятные мысли, которых раньше не возникало: тревоги, волнения, цифры из типовика откуда-то взялись. Что за бред? Я никак не могла сосредоточиться и вызвать состояние обычного транса. Я плотно закрыла глаза и сглотнула ком в горле. Корни, строчки кода, графики… Прочь, проклятые… Алекс… Я представила его и задрожала. От смеси желания и отвращения к самой себе. Ну что я за дрянь, если все мое хорошее отношение к собственному парню от пары улыбок Алекса рассыпалось в пыль? Не любила я Артура, не смогла полюбить… Надо было забыть, надо было навсегда отказаться!

Мои губы и руки двигались механически. Ааа, к черту. Я сомкнула глаза и снова представила, что это Алекс склоняется ко мне, как тогда, на крылечке. Не хватало запаха табака, но это же не принципиально. Имелось несоответствие посерьезнее!

А затем пальцы Артура пробрались под мою блузку. Хм, а ведь так намного лучше. Я снова закрыла глаза и изогнулась в его руках, предаваясь на этого раз философии персонифицирования. Эгоизму, короче. Лично мне хорошо, а какая разница с кем? Ну в смысле не с кем угодно, конечно, но вы меня поняли. Блузка полетела в сторону, юбка из шотландки оказалась задрана до бедер. Мамочки, и я еще жаловалась? С каким совратителем я вообще связалась, если он несколькими прикосновениями сумел обратить ситуацию в свою пользу, да еще и коренным образом? Девушки из клуба определенно не были его многочисленными сестрами!

Артур вдруг оторвался от моих губ и прошептал в самое ухо:

— Позволь мне чуть больше обычного, — попросил он и в качестве намека скинул с моего плеча лямку бюстгальтера.

Я кивнула. Потому что после случившегося мне хотелось знать границы допустимого. И мне нужно было напоминание, что с ним бывает очень хорошо… Артур. Я. Топлес. Его губы на моей груди, и я почти счастлива, я абсолютно… здесь. Определенный прогресс… Стон Артура переходит в какой-то странный звук. Жужжание? Что? К лешему его, ведь мои ноги обвились вокруг талии Артура, а его пальцы ласкают бедра…

Бам… Внезапно Артур, куда как лучше понимавший смысл происходящего, оторвался от меня и схватился за мой мобильник. А? Что? И он… нажал кнопку ответа!

— Алекс, привет. Ты ведь Алекс, верно?

— Верно, — услышала я в динамике предельно холодный голос. Меня словно в прорубь окунули! Я даже дышать перестала.

— Алекс, в порядке мужской солидарности, перезвони минут через тридцать-сорок. А еще лучше завтра.

— ЧТО?! Артур, это может быть важно! — услышала я со стороны собственный голос и попыталась вырвать у него телефон. — Отдай сейчас же!

Не обращая внимания на лишние уши, Артур цветисто выругался, передавая мне трубку.

— Привет. — Боже, частота моего дыхания только глухому не поведала бы о том, в каком я пребывала состоянии. Если мне нужна была противоалексовая шоковая терапия, так вот она.

— Нам нужно встретиться по поводу процесса, — предельно профессионально произнес Алекс.

— Процесса? — спросил Артур.

Все, аут. Хуже быть не могло.

— Авария, в которой пострадала Лариса Светлова, — пояснил прекрасно все расслышавший Алекс.

— Процесса?! Карина…

— Умоляю, Артур, давай потом это обсудим.

— Когда потом? Ты вообще собиралась мне сказать?

— Так я заеду сегодня вечером? — бесстрастно поинтересовался Алекс.

Я попала. Я попалась. Я не представляла, что теперь делать.

Закончилась ситуация, как и всегда. Алекс у меня в квартире дожидается, пока я соберусь… эм… куда-то, а Артур обиделся и не отвечает на телефонные звонки. Не могу сказать, что сложилось все наилучшим образом, но на сегодняшний вечер я избавлена от необходимости врать, и это… вы не представляете какое это счастье! Мне вот вообще нечего скрывать от Алекса. Все обитающие в моих шкафах скелеты он же мне любезно и одолжил.

Пока я собиралась, Алекс занимался тем же, чем и Артур — рассматривал фотографии на полке. И у него идентификационных проблем не возникло:

— Итак, это полный перечень твоих знакомых. Мама, папа, Женя, Лена, Света, Марина, Дима, Лиза, Дэнни, Олег, Игорь, Стас, Коршун, Инна, Эрик, Надя… Лариса, Оля, Настя, Артур… Значит, это я? — спросил он и показал на пустую фоторамку.

— Угадал. — Я как раз наклонилась к зеркалу и вдела в ухо сережку. — После истории с Надей я сожгла твое фото, — бесцеремонно заявила я. Алекс моим признанием не впечатлился, да и кому понравилось бы чтобы его фотографию сожгли? Он просто поморщился и добавил:

— А также разбила рамку.

— Не надейся, рамку я разбила до истории с Надей, — усмехнулась я и тронула перламутровой помадой губы.

— Неужели все было так плохо? — вдруг спросил он. Я посмотрела на него в зеркале и решила, что раз уж честность, до кристальная. До конца.

— Ты знаешь, что да. Так куда мы идем и почему? И при чем процесс?

— При том, что я его выиграл, — коварно улыбнулся Алекс. Я так и застыла, наблюдая за ним в зеркале и не веря собственным ушам. Эта новость повергла меня в суеверный трепет.

— Про-процесс? — язык вдруг начал заплетаться. — Как… и все?

— Мы с Константином пришли к соглашению, по которому он свидетельствует о неисправности тормозов и аварии на дороге, которая заставила вас действовать единственно возможным образом.

Я не хотела знать, о каком соглашении он говорит. Вместо этого я сделала несколько шагов навстречу Алексу, обняла его и уткнулась носом в шею. Он с готовностью обхватил руками мою талию, не позволяя отстраниться. И мне тоже уходить не хотелось, но это было неправильно…

— Так значит, мы отмечаем, — произнесла я.

— Точно.

Клуб встретил нас привычными огнями. Я вылезла из машины Алекса и сразу поняла, что сплетни будут. На нас уже на стоянке начали пялиться. Ну еще бы, здесь обсуждают каждую девушку Алекса… Стоило войти в клуб, как нас сразу же обступили люди. Алексу пожимали руку все кто ухитрялся дотянуться. Не думаю, что он хотя бы половину из них знал.

Поисками компании Алекс озадачиваться не стал — потащил меня сразу к бару, взял там бутылку красного вина и два бокала. А затем мы вошли в какую-то дверь и оказались на запасной лестнице.